С новым годом вас, уважаемые коллеги! Я не шучу — я просто имею в виду новый рабочий год :) И начинается он, как мы с вами уже успели заметить, в понедельник.

Чтобы было не так трудно (все же десять дней новогодних каникул как-никак из рабочего графика выбивают, это факт), немного развлеку-ка я вас с утра пораньше — очередным, десятым, «микро-юбилейным» эпизодом «Записок Меломана».

А речь у нас сегодня пойдет о том, как я втюхался (другого слова не подберу) в венгерскую рок-музыку. Причем, судя по всему, навсегда. Ей-богу, эта история достойна отдельного, особого, описания.

Михаил Зуев — Записки Меломана
Эпизод 10

Мадьяры. Последняя буква алфавита.
OMEGA

Весной 1976 года я закончил 8-й класс школы возле московского ипподрома с углубленным изучением… нет, не езды на лошади, а автодела. Но автодело изучали в 9-м и 10-м, после чего всем сдавшим экзамен в ГАИ выдавали свежие пахнущие клеем и типографской краской водительские удостоверения. А я закончил только 8-й и, понятно, к грузовикам нас пока не подпускали. Это огорчало.

Часть класса разошлась по техникумам и ПТУ; меня же вместе с другой частью перевели в 9-й. Я уже представлял себе, как в сентябре осуществится мечта идиота, и уже наяву безо всяких снов видел себя за рулем чуда отечественного автопрома по имени ГАЗ-52.

Но судьбе было угодно распорядиться иначе.

Не помню, кто был тем змеем-искусителем, но поведал он мне, что есть в Москве такая интересная школа на метро «Университет». И в этой школе держат спецкласс с углубленным преподаванием биологии и химии. Патронаж над этим классом осуществлял МГУ — те самые биологию и химию, вместе со школьными учителями, вели преподы с биофака и химфака универа. А поскольку собирался я после школы в медицинский, то и подумал, что неплохо бы закончить не обычную школу с автоделом (откуда был один проверенный путь — «Ударим МАДями по бездорожью и разгильдяйству!»), а специализированную, МГУ-шную.

Не надо было этого делать, ой не надо — но ведь беспощадной школоте никто не указ :)

Чтобы поступить в 9-й спецкласс 11 школы (9-11 — символично, не правда ли?), нужно было сдать экзамен-тире-собеседование. Экзамен был длинным — в один день сдавали математику, физику, биологию и химию. Мест было мало, конкурс — больше десяти человек на место. Половина мест была уже неформально закреплена за теми, кто уже учился в этой школе, за другую боролись пришлые вроде меня.

И все бы ничего, но в ночь перед экзаменом моего отца по скорой увезли в больницу с обширным инфарктом. Веселая выдалась ночка. Мне бы тогда забить на экзамен. Мне бы подумать маленько, да прикинуть, что ездить придется через весь город по диагонали каждый божий день. Мне бы да оценить тогда реальный уровень своей фундаментальной подготовки — но ведь беспощадной школоте…

Пытали меня на экзамене нещадно. В обычной-то школе был я отличником, а для МГУ-шной оказался дурак-дураком. Но ведь недаром в русских сказках дурак — он не совсем дурак, а Дурак, ага. Короче, экзамен я сдал, причем с превышением проходного балла. И меня зачислили. Первого сентября, под фанфары пионерских горнов и завывания педколлектива на торжественной линейке, я начал свое так называемое спецобучение. И это была полная жесть, уважаемые товарищи.

За первую четверть девятого класса я получил не то двадцать две, не то тридцать две двойки по физике, химии и математике — это была реальная дебилиада в действии. Сплошные пятерки с плюсами и без оных по биологии положение не спасали.

Более того, по литературе, где я, как подтвердило время, всегда небезосновательно не особо напрягался, моя классная руководительница с эпической фамилией Кумирова ни разу не поставила мне выше тройки — не заладилось у меня, видать, понимание образа Катерины из пьесы «Гроза» и тому подобное, да-а-а…

Кумирова швыряла мне в лицо при всем классе:

— Ну вот, Зуев, все у нас люди как люди, а тебе кроме как шваброй махать — ничего в этой жизни не светит!

Время подтвердило — в чем-то она была права. Мне до сих пор ужасно нравится заниматься влажной уборкой, мытьем посуды и стиркой. Правда, в последние десятилетия умная домашняя техника сильно сократила мое участие в процессе, но все же. Вот ведь как важно, когда твой классный руководитель — сквозь годы наперед видит твои самые главные таланты!

Народ в классе подобрался какой-то диаметрально-полярный, чего в моей предшествующей нормальной рабоче-крестьянской школе не было. Половина класса была представлена патологическими отличниками и юными карьеристами, вторая половина — отличными ребятами, просто на 5+ (хотя, справедливости ради стоит заметить, что среди них тоже были отличники, но непатологические). Проблем в общении со второй половиной класса у меня не было — сразу приняли за своего, а крысеныши из первой мне и [beep!] были не нужны.

Посадили меня за парту со стеснительным молодым человеком, года на два старше всех нас. Стеснялся он, потому что плохо говорил по-русски. Жольт был чистокровнейшим венгром из самой что ни на есть настоящей Венгрии. Приехал он в СССР незадолго до нашей встречи потому что его родители были переведены на работу в венгерское посольство в Москве; а раньше они работали в ГДР, где Жольт и вырос.

У него были два родных языка — венгерский и немецкий. Русский же и английский сильно оставляли желать лучшего. И если английский еще был как-то параллелен, то без русского в Москве образца 1976 года делать было нечего.

Мне было очень по-приколу помогать Жольту осваивать русский язык. Мы начали с «непереводимых идиоматических выражений» (© к/ф «Бриллиантовая рука»), которые, нашими совместными усилиями, оказались очень даже переводимыми — ну а дальше дело пошло значительно легче.

До своей первой встречи с настоящим венгром я знал о Венгрии только то, что:

(а) это такая страна в соцлагере,
(б) что правит там товарищ Янош Кадар,
(в) что там делают классную жвачку (отец как-то ездил в командировку в Будапешт), и
(г) что там говорят на каком-то ужасно сложном языке.

Тут-то мои энциклопедические познания о Венгрии заканчивались.

Встреча с Жольтом перевернула мои представления о Венгрии. Как вы уже догадываетесь («кто о чем, а вшивый — о бане»), у Жольта было во владении несколько десятков (!) пластинок с венгерской рок-музыкой.

И вместо того чтобы исправлять свои двойки и добиваться благосклонности нежной Кумировой, в классе я продолжал махать шваброй, а дома — дома я до одури слушал венгерские пластинки, щедро отдаваемые мне «на послух» классным чуваком из Будапешта и Берлина Жольтом.

Кстати, о венгерском языке. Я до сих пор блестяще владею целым десятком мадьярских слов и считаю, что изучению венгерский не поддается.

Но это с моими способностями. В том же 9-м «Б» училась девочка. Звали ее Гаянэ (это если по паспорту), а на самом деле — Гаечка (если по жизни). Папа у Гаечки был «открыто диссидентствующим элементом» и сильно (причем — гласно и открыто) не любил советскую власть. Поэтому власть его также сильно в ответ не жаловала — а зря. Гаечкин отец был блестящим лингвистом и лупил «в синхроне» по-японски и по-китайски, одинаково свободно в обоих направлениях. Кто в танке, тому понятно, что это такое и как это дается.

Говорят, что на детях гениев природа отдыхает — но Гаечка стала исключением из этого грустного правила. Подружившись с Жольтом, Гая уже через две недели начала говорить по-венгерски — робко, слабо, с ошибками, но очень настойчиво. Через три месяца ее разговорный венгерский стал бойким, а спустя год венгры спрашивали, из какой части Венгрии она родом и почему у нее такая нехарактерная для венгерки внешность :) Я же венгерским языком не занимался — я просто каждый день слушал венгерский рок.

Кончилась первая четверть. За академическую неуспеваемость меня из спецшколы выгнали. В свою старую «возле ипподрома» взяли назад с распростертыми объятьями; мечта порулить ГАЗ-52 сбылась в полный рост. Из двоечника и дурака со шваброй я снова стал отличником (но швабру не разлюбил, как вы теперь знаете). С Жольтом я больше никогда не встречался, с Гаечкой виделся последний раз в 1978-м. Насколько я понимаю, они поженились и уехали в Венгрию. Где-то они теперь?..

А вот мадьярский рок я люблю и слушаю до сих пор с оч-ч-чень большим удовольствием. Тема это объемная и интересная, за один раз охвату явно не поддающаяся. Но ведь нужно с чего-то начинать.

Я начну с OMEGA.

Самая известная венгерская группа. Такая же древняя, как «The Rolling Stones» — основана в сентябре 1962 года. И на протяжении 48 лет — постоянно меняющаяся, новая и неожиданная.

Вот ее визитная карточка.

Вы наверняка слышали эту песню — только по-английски. Правильно, в исполнении «Scorpions»! — омегиане и скорпионцы дружат домами многие десятки лет, так что ничего особенного.

Вот еще одна визитная карточка — на этот раз «Scorpions» вместе с ними на сцене. И, как слышите, Клаус Майне, скорпионовский фронтмен, совсем неплохо говорит по-венгерски.

Как утверждает Википедия,

Omega — это одна из наиболее известных венгерских музыкальных групп. Основана в сентябре 1962 года в Будапеште Ласло Бенкё, Яношом Кобором и Джозефом Лауксом. Кроме них, в первоначальном составе группы были Андраш Ковачич, Тамаш Кюнстлер и Иштван Варшаньи.

В 1967 году в группу пришли Тамаш Михай и Габор Прессер, который начал писать песни для группы. В 1971 году Джозеф Лаукс и Габор Прессер ушли из «Omega» и создали свой собственный проект «Locomotiv GT», а к группе присоединился ударник Ференц Дебрецени, перешедший из группы «Neoton».

В течение более чем 30 лет состав группы был следующим:

Янош Кобор («Меки»), вокал;
Дьёрдь Молнар («Элефант»), гитара;
Ласло Бенкё («Лаци»), клавишные, вокал;
Тамаш Михай («Миши»), бас, вокал;
Ференц Дебрецени («Цики»), ударные.

Данным составом группы записано более 10 альбомов в период с 1972 по 1987 год, многие из которых были записаны как на венгерском, так и на английском языке.

После нескольких лет неактивности группа была реорганизована в 1994 году. Бывший участник группы Габор Прессер выступал с группой на концертах и участвовал в записи нескольких треков к альбому Trans And Dance (1995).

Omega добилась огромного международного успеха благодаря записям на разных языках и турам по Великобритании и Германии. Их песня «Gyöngyhajú lány» («Девушка с жемчужными волосами») стала международным хитом.

Весной и летом 2006 года группа провела тур «EurOmega 2006», в том числе с концертами в Венгрии, Словакии, Румынии.

http://ru.wikipedia.org/wiki/Omega_(музыкальная_группа)

Все факты из Вики соответствуют действительности. Но это только сухие факты. Попытаюсь привнести в них свои эмоции.

Omega — Overture

Так начинается альбом 1978 года — «Csillagok Útján» в венгерском варианте, «Skyrover» — в английском.

Не правда ли — весьма и весьма достойно. Недаром многие критики называли «Омегу» «венгерским пинк-флойдом». Кстати, «Омега» всегда очень неплохо зарабатывала и благодаря этому имела лучший в Восточной Европе концертный звуковой аппарат. И в 1989 году «Pink Floyd» на трех своих эпохальных концертах в Москве в «Олимпийском» работал именно на омеговском аппарате — трейлерами из Будапешта многие тонны оборудования тащить было ближе и дешевле нежели самолетами из Лондона.

«Омега» всегда были очень неленивыми ребятами. Венгрия-то маленькая, локальный рынок рок-музыки — еще меньше. Поэтому практически все «знаковые» альбомы «Омеги» всегда записывались ими на двух языках — на родном и на английском. И европейский рынок платил им взаимностью — продавалась там «Омега» неплохо, если не сказать большего. Только один «Gammapolis» (1979) разошелся тиражом в 650 000 экземпляров. А перед турами по Западной Германии омегианцы не ленились и немецкие версии своих альбомов выпускать.

Оформление пластинок — это отдельная «омегианская песня». Как и со звуком, с графикой они никогда не лажали.

Световое шоу на их концертах — это поистине выдающееся явление.

Но главный секрет омегианского мега-упеха — это мелодии, аранжировки и потрясающий саунд даже на концертах, не говоря уже о студийных записях.

Вот одна из самых лучших и известных их вещей.

На http://omega.hu/ собрано огромное количество материала о группе. И если тексты нам с вами недоступны (никакого языка, кроме венгерского, не предусмотрено), то аудио-, фото- и видео там просто море. Добро пожаловать!

Несмотря на почти что 50-летнюю историю, OMEGA до сих пор в отличной форме. Их крайний альбом вышел в 2006-м. И концертируют они много.

Несмотря на название, они были и есть настоящая АЛЬФА венгерского рока. Просто они скромничают.

Да и, как видите, с чувством юмора там тоже все нормально :))

Это была моя первая история про венгерскую рок-музыку. Продолжение темы, спустя некоторое время, обязательно последует.

Еще раз с новым годом!

Услышимся :)